Соколянский Иван Афанасьевич

Профессор Иван Афанасьевич Соколянский по праву считается выдающимся отечественным дефектологом и основоположником советской педагогики слепоглухих.

В своих немногочисленных, но ярких работах, а больше в письмах и устных высказываниях, которые, благодаря афористичности или даже парадоксальности, производили большое впечатление на его собеседников, И.А. Соколянский выразил множество плодотворных идей, касающихся особенностей обучения и развития слепоглухонемых. В дальнейшем эти идеи успешно развил и научно обосновал А.И. Мещеряков, любимый ученик И.А. Соколянского, высоко им ценимый.

И.А. Соколянский жил в трудное время, в его биографии отразились великие и драматические события страны победившей революции, сложный путь молодой советской науки.

И.А. Соколянский родился 25 марта 1889 года в станице Динской Краснодарского края в большой казачьей семье. Еще в раннем детстве он познакомился и «сроднился» с глухонемыми людьми. Глухая девочка-подросток была его нянькой, благодаря ей он научился общаться с другими глухими детьми, жившими в станице. Глухонемые дети стали его близкими товарищами, с ними он разговаривал совершенно свободно, с помощью кратких, но выразительных жестов.

В станице Динской уже в то время была хорошая школа, в ней работали образованные учителя. Ученики этой школы активно участвовали в общественной жизни. Так, имя девятилетнего И. Соколянского упоминалось в местной газете в числе трех других детей, привезших собранные в станице хлеб и деньги в помощь голодающим Поволжья в 1898 г.

И.А. Соколянский, закончив школу, продолжал обучение в Кубанской учительской семинарии. Известно, что еще юношей он включился в работу молодежной группы, руководимой большевиками, и активно участвовал в революционных событиях 1905 года на Кубани. В 16 лет он был арестован, попал в списки неблагонадежных и выслан в Вологодскую область. Через полгода был освобожден из ссылки и уехал в Петербург с намерением учиться дальше.

Сначала он поступил на Высшие сельскохозяйственные курсы, которые в те времена давали отсрочку от воинской повинности. Одновременно И.А. Соколянский стал слушать лекции П.Ф. Лесгафта, который первым открыл перед ним «науку о человеке» и которого И.А. Соколянский считал своим учителем. На этих лекциях И.А. Соколянский впервые узнал о существовании специальных школ для глухонемых в Америке. Это настолько заинтересовало Соколянского-юношу, что он без колебаний решил посвятить себя этому делу. И через год перешел в Психоневрологический институт на педагогическое отделение естественно-исторического факультета, в котором учился с 1908 по 1913 год.

В то время в Институте были сосредоточены крупнейшие научные силы в области физиологии и специальной педагогики. В этом Институте преподавал выдающийся психиатр и психофизиолог В.М. Бехтерев. Минуло всего три года со дня смерти великого ученого-физиолога И.М. Сеченова и в отечественной науке шла активная борьба за признание его учения. Курс «Общая физиология» читал прямой ученик И.М. Сеченова Н.Е. Введенский. Последователь И.П. Павлова К.Н. Кржышковский читал курс по физиологии. Специальную кафедру, занимавшуюся проблемами педагогики глухонемых, возглавлял профессор М.В. Богданов-Березовский. Курс «Патология речи» читался крупнейшим психиатром Е.С. Боришпольским. Тифлопедагогику преподавали А.А. Крогиус и Н.Д. Недлер.

Учась в Психоневрологическом институте, И.А. Соколянский отдельно занимался по курсу экспериментальной психологии у профессора Н.Ф. Лазурского, посещал частный семинар профессора А.Н. Нечаева, а также специальные санкт-петербургские Мариинские курсы преподавателей Психоневрологического института для учителей школ глухонемых. Окончание курсов давало право открытия учебно-воспитательного учреждения для глухонемых в Российской империи и право руководства им. И.А. Соколянский очень увлекся практическими занятиями и стал посещать уроки Императорского училища глухонемых и Мурзинской школы.

При Психоневрологическом институте существовала своя клиника («Приют братства во имя Царицы Небесной»), где были собраны дети с самыми разными дефектами. Душой этой клиники была замечательный педагог Е.К. Грачева. Под ее руководством, будучи студентом Института, он курировал некоторые группы дефективных детей. Именно в этой клинике он впервые увидел слепоглухонемых.

Е.К. Грачева, учитывая тяжелое положение этих детей, стала одним из инициаторов организации для них специального учреждения. Первое специальное учреждение для слепоглухонемых в России было открыто в 1909 году на частные средства. Руководила им педагог М.А. Захарова. Одновременно с ней на работу в клинику пришла Ю.А. Якимова, с которой И.А. Соколянский был хорошо знаком с 1907 года и чьи занятия со слепоглухонемыми детьми неоднократно наблюдал.

В то же время И.А. Соколянский активно посещал заседания прогрессивной общественной организации «Родительский кружок» (большевистская явка, возглавляемая Л.Р. Менжинской). Здесь Иван Афанасьевич услышал доклад А.В. Владимирского «Без света, без звука, без речи», посвященный современным зарубежным достижениям в области обучения слепоглухонемых детей. Этот доклад оказал большое влияние на будущую научную деятельность И.А. Соколянского, зародив в нем мысль о правильном научном истолковании природы слепоглухонемоты и научных основах их воспитания и обучения. А.В. Владимирский показал в своей работе, что обучение слеполухонемых возможно на основе учения И.П. Павлова, и это фактически определило направление мыслей И.А. Соколянского.

Еще до окончания Института в 1910 году И.А. Соколянский был приглашен преподавателем в Александровское училище-хутор для глухонемых, куда он и переехал работать, обговорив себе право ездить в Петербург для сдачи экзаменов. Училищем руководил видный сурдопедагог Н.М. Лаговский, у которого И.А. Соколянский многому научился. Иван Афанасьевич был преподавателем этого училища до 1919 года.

По настоянию попечителя этого училища Ф.Ф. Мовчанского И.А. Соколянский был послан с докладом «Об обучении украинских глухонемых родному языку» на Всероссийский съезд деятелей по воспитанию и обучению глухонемых в Москву.

В 1908 г. И.А. Соколянский познакомился с работой Н.А. Рау по воспитанию глухих дошкольников и с тех пор постоянно следил за ее педагогической работой в организованном ею детском саду для глухих в Москве.

Вместе с тем, столкнувшись с практикой обучения глухонемых, И.А. Соколянский испытал и большое разочарование. Он ясно видел, что практика обучения глухих языку находится на невысоком уровне, и Иван Афанасьевич вплотную заинтересовался лингвистикой, надеясь понять законы становления и развития языка, с тем чтобы преобразовать сурдопедагогику.

В Психоневрологическом институте преподавали колоссы языкознания того времени. По совету Л.В. Щербы, с которым И.А. Соколянский тогда очень сблизился, он начал внимательно изучать труды А.А. Потебни. Так начались поиски правильного пути в обучении словесной речи глухих. Особенно большое влияние на И.А. Соколняского оказало понимание Л.В. Щербой огромного значения мимикожестикуляторной речи для умственного развития глухих.

В 1914 году И.А. Соколянский был призван в армию и находился в рядах Кавказской действующей армии до 1917 года. Будучи в чине прапорщика, И.А. Соколянский участвовал в военной охране нескольких экспедиций в Турцию, Персию и Афганистан. Везде, где ему приходилось быть с конвоем, он находил среди местных глухих людей, которые служили ему самыми лучшими переводчиками для слышащих соратников.

С восторгом встретил И.А. Соколянский Великую Октябрьскую социалистическую революцию. Он вернулся в Александровское училище. В 1919 году организовал в г. Умани школу для глухонемых детей и работал там до 1920 года, одновременно заведуя городским отделом народного образования.

В 1920 году вступил в ряды партии большевиков. В этом же году, переехав в Киев, начал работать преподавателем сурдопедагогики на врачебно-педагогическом отделении факультета социального воспитания Института народного образования, стал одним из первых революционных попечителей Киевского учебного округа.

Во время работы в Киеве началось знакомство И.А. Соколянского с А.С. Макаренко. Они вместе боролись с беспризорничеством. С этого времени берет начало и многолетняя дружба И.А. Соколянского со знаменитым в будущем кинорежиссером А.П. Довженко. А.П. Довженко в то время работал завхозом в отделе народного образования, возглавляемом И.А. Соколянским, и на нем лежала обязанность обеспечения детей питанием в те голодные годы.

В 1923 году И.А. Соколянский был переведен из Киева в Харьковский Институт народного образования в качестве преподавателя дефектологии.

Начав работу в Харькове, тогдашней столице Украины, И.А. Соколянский вошел в круг самой талантливой и активной творческой интеллигенции Украины. В их среде И.А. Соколянский познакомился и подружился с писателями О. Вишней, М. Хвылевым, П. Тычиной, В. Блакитным, с режиссером А. Курбасом. В Харькове продолжалась дружба И.А. Соколняского с А.П. Довженко. Молодая твоческая интеллигенция Харькова организовывала различные творческие объединения, издавала журналы, сборники.

И.А. Соколянский, будучи в то время членом Государственного Ученого совета Наркомпросса РСФСР, часто встречался с Н.К. Крупской. Некоторое время он возглавлял Всеукраинское общество «Педагог-марксист», председателем которого в России была Н.К. Курпская.

В этот период И.А. Соколянский продолжал сотрудничество с известным олигофренопедагогом А.Н. Граборовым, с психиатром проф. В.П. Протопоповым, анатомом В.П. Воробьевым; с ними всеми он был знаком еще по совместной учебе в Петербурге. К работам И.А. Соколянского внимательно относились будущие крупные советские психологи Л.С. Выготский, А.В. Запорожец и П.Я. Гальперин, жившие в то время в Харькове.

В первые годы Советской власти И.А. Соколянский явился одним из основателей системы образования дефективных детей на Украине. По его инициативе были созданы врачебно-педагогические кабинеты, которые объединяли всю научно-практическую работу по дефектологии.

Врачебно-педагогический кабинет при Главсоцвосе был организован по инициативе И.А. Соколянского в 1922 году. Основными направлениями в работе этого кабинета стали практическая дефектологическая (медицинская и педагогическая) помощь детям, живущим в Харькове, их родителям и педагогам, а также исследовательская и профилактическая работа. С 1923 г. деятельность Врачебно-педагогического кабинета тесно связывается с работой Комиссии по делам несовершеннолетних; его сотрудники вели исследования и оказывали практическую помощь воспитанникам трудовых колоний в окрестностях Харькова, проводили педагогическую работу с несовершеннолетними преступниками и в городской тюрьме. Опытные отделения Кабинета были открыты на базе Харьковской школы слепых (отделения для слепых и слепоглухих), школы глухих, детского дома для умственно отсталых. В 1923 – 1924 гг. в Харькове, во врачебно-педагогическом кабинете читали лекции академик В.М. Бехтерев, профессора А.В. Владимирский, Н.Н. Тарасевич, А.Н. Граборов, П.Г. Бельский, А.С. Грибоедов. Там же часто бывал и А.С. Макаренко.

В 1924 – 1925 гг. по инициативе И.А. Соколянского при врачебно-педагогическом кабинете организуется две исследовательские лаборатории: педагогическая и рефлексологическая. Научной работой в них руководят И.А. Соколянский и В.П. Протопопов.

В 1926 году И.А. Соколянский утвержден в должности профессора по кафедре дефектологии факультета социального воспитания Института народного образования. Одновременно он заведовал опытно-педагогической станцией Наркомата просвещения Украины. С 1930 года он становится директором только что организованного в Харькове НИИ педагогики и заведует там отделом дефектологии.

В 1923 году И.А. Соколянский был избран членом Центрального бюро коммунистического детского движения при ЦК комсомола Украины. И.А. Соколянскому удалось привлечь к проблемам воспитания подрастающего поколения многих способных молодых людей, которые впоследствии стали его студентами в Институте социального воспитания.

С 1923 года, когда И.А. Соколянский организует в Харькове обучение слепоглухонемых, он начинает последовательную научно-исследовательскую работу в этой области.

Приступая к работе с группой слепоглухих детей, И.А. Соколянский хотел создать новую систему обучения слепоглухих речи. На первый план в обучении он поставил задачу их умственного развития, для чего нужно было прежде всего создать доступные для слепоглухого ребенка средства общения – жесты, а не устную речь, как многие тогда полагали.

Клиника слепоглухих в Харькове существовала до 1938 года, всего 15 лет. И ее существование можно условно разделить на два периода между арестами И.А. Соколянского.

В декабре 1933 года И.А. Соколянский был арестован в первый раз. В то время преследованиям и арестам подверглись многие из окружения И.А. Соколянского. В 1933 году покончил с собой талантливый писатель М. Хвылевой, затравленный официальной критикой. Были арестованы другие писатели. Дежурным обвинением при этих арестах был «буржуазный национализм».

По имеющимся сведениям, И.А. Соколянский был скоро освобожден (в марте 1934 г.), в этом ему помог А.М. Горький, с которым слепоглухая воспитанница И.А. Соколянского О. Скороходова и он сам начали переписку в июне 1933 года.

В 1933 г. И.А. Соколянский перешел на работу в Украинский институт экспериментальной медицины (УИЭМ), туда же было переведено и учреждение для слепоглухих детей. В этом институте И.А. Соколянский заведовал отделом экспериментальной психофизиологии и клиникой для слепоглухонемых. Одновременно он был профессором Харьковского медицинского института по кафедре дефективного детства на факультете охраны материнства и детства.

В 1935 году клиника слепоглухонемых пополнилась новыми детьми, туда поступило еще четверо. Таким образом, общее число слепоглухих детей, обучающихся в этом учреждении за все годы его существования, составило девять человек.

Это учреждение неоднократно посещали зарубежные исследователи. Известно, что в 1935 году его посетили делегаты Международного конгресса физиологов и оставили об этой клинике самые положительные отзывы.

Жить и работать И.А. Соколянскому в эти годы приходилось в исключительно трудных, подчас невыносимых условиях. После ареста и освобождения с изъятием партбилета за ним установилась репутация буржуазного националиста. Хотя большинство из ближайшего окружения И.А. Соколянского не верили в его вину, все же далеко не все отваживались открыто вступать в разговоры с ним, некоторые даже перестали здороваться. Моральная обстановка, сложившаяся вокруг него, была близка к травле, даже аспирант отказывается от его научного руководства.

Семья И.А. Соколянского жила тогда в отдельном помещении в школе для слепых. Педагоги, водившие детей на прогулку, указывая на дверь его жилища, говорили, что за нею живет «фашист». Дети нередко бросали в него камни, когда он шел через двор.

Продолжая быть сотрудником Украинского института экспериментальной медицины, И.А. Соколянский работал над созданием читальной машины для слепых и слепоглухих, преодолевая огромные трудности, связанные с организацией ее изготовления, экспериментальной проверки и получения общественного признания, необходимого для продолжения работы. Украинский институт экспериментальной медицины получил авторское свидетельство на изобретение № 51271 от 26 марта 1936 года «Машина для чтения слепыми и слепоглухими текста». С помощью машины, основанной на применении фотоэлемента и перевода электрических колебаний в тактильные сигналы, незрячие получали возможность распознавать обычный шрифт. Для выработки навыка чтения требовалось примерно 900 часов занятий. Техника того времени еще не позволяла обеспечить высокое качество рельефного рисунка буквы, как это было впоследствии достигнуто в машинах «Optacon».

Сам находясь в положении подозреваемого и отверженного, И.А. Соколянский вместе с тем, как многие в то время, рассматривал бюрократические помехи на пути продвижения своего изобретения как вредительские действия, как удар со стороны «врагов народа» и посылал в вышестоящие инстанции соответствующие недвусмысленные жалобы на руководство Института и его сотрудников (осень 1937 года).

В октябре 1937 года И.А. Соколянский был вновь арестован. Он находился в тюрьме до мая 1939 года.

Освобождением И.А. Соколянский, видимо, был обязан волне пересмотра следственных дел НКВД, последовавших за назначением наркома Берия после снятия и расстрела бывшего наркома Ежова. Судя по письмам И.А. Соколянского, ему было предъявлено обвинение в том, что будучи в свое время членом военно-революционного суда, где рассматривалось очередное дело большой группы «врагов народа», он не способствовал беспощадности приговора: только 10 человек были приговорены к расстрелу, остальные 23 получили другие наказания. И.А. Соколянский отговорился тем, что как член суда не имел особого мнения.

В 1938 году клиника слепоглухонемых была закрыта по постановлению Наркомпроса Украины, в соответствии с которым эти дети были фактически объединены в одну категорию с необучаемыми глубоко умственно отсталыми детьми. Помещение клиники было отобрано, дети должны были переводиться в инвалидные дома. Четверых детей из клиники И.А. Соколянского удалось в 1940 году перевести в ленинградскую группу слепоглухонемых, трое из них впоследствии погибли во время блокады, разделив эту участь со всеми воспитанниками группы. Из слепоглухих, обучавшихся в Харькове, в живых остались только Ольга Скороходова, пережившая в харьковской школе слепых период оккупации, и Мария Сокол, до войны уехавшая из Харькова к родственникам в деревню.

Сразу после освобождения из тюрьмы И.А. Соколянский уехал в Москву, куда был приглашен ранее на работу в Научно-исследовательский институт специальных школ. Там ему была предложена должность директора школы глухих при этом Институте. Затем он возглавил отдел сурдопедагогики Института.

На научной конференции Государственного педагогического института дефектологии в марте 1940 г. И.А. Соколянский делает доклад, посвященный опыту работы со слепоглухими, в котором выдвигает задачу бытового освоения как первоначальную задачу «окультуривания» или «очеловечения» слепоглухонемого. Научный подход И.А. Соколянского получил высокую оценку у ученых-дефектологов (А.Р. Лурия, Ф.А. Рау и др).

Во время войны И.А. Соколянский был вместе со школой эвакуирован в Пензенскую область, а затем переехал в Новосибирск, где работал консультантом облоно и завучем школы глухих.

В 1944 году И.А. Соколянский был отозван в Москву, где организовывалась тогда Академия педагогических наук РСФСР. Научно-практический институт специальных школ был преобразован в Институт дефектологии АПН РСФСР.

В это время удалось организовать переезд в Москву О.И. Скороходовой и устроить ее на работу в наш Институт.

В 1947 году выходит из печати под редакцией И.А. Соколянского книга О.И. Скороходовой «Как я воспринимаю окружающий мир».

Оценивая книгу, советский психолог А.Н. Леонтьев писал, что «главный интерес духовного очеловечивания слепоглухонемых состоит в том, что ставится огромной важности вопрос – вопрос о природе сознания».

В эти годы И.А. Соколянский вновь почувствовал огромное внимание научной общественности к своей работе в области слепоглухонемоты. Ему было преложено выступить с докладом по этой проблеме на юбилейной сессии Академии наук СССР в 1947 году. Доклад «Формирование личности при отсутствии зрительных и слуховых восприятий» был встречен на сессии с большим внимание и получил высокую оценку. Работами И.А. Соколянского заинтересовались академики К.Д. Корнилов, С.Л. Рубинштейн, Л.А. Орбели и др. В этом же году И.А. Соколянскому за педагогическую работу в области слепоглухонемоты президиумом Академии педагогических наук РСФСР присуждается премия им. К.Д. Ушинского.

Воодушевленный успехом И.А. Соколянский стал хлопотать об организации в Москве, в Институте дефектологии, исследовательской лаборатории по проблемам слепоглухонемоты. Выступил с предложением о введении в учебный план дефектологического факультета спецкурса по проблемам обучения слепоглухонемых детей. На 1950 год была намечена защита его докторской диссертации.

В мае 1950 года директором Института дефектологии был подписан приказ об организации лаборатории по изучению и воспитанию слепоглухонемых детей в составе двух научных сотрудников – И.А. Соколянского и О.И. Скороходовой. Но вскоре после этого, в декабре, из-за конфликта с директором Института, чл.-корр. АПН РСФСР Д.И. Азбукиным, И.А. Соколянский ушел из Института и вернулся туда уже при новом директоре в 1951 году. Однако теперь он начинает работать уже по совершенно другой тематике – разработке обучения взрослых глухих. Для неграмотных взрослых глухих он создает букварь, в котором в качестве первоначального средства словесного общения выступает дактильное слово – в виде рисунка серии пальцевых знаков, обозначающих буквы.

Однако проблема обучения и воспитания слепоглухонемых остается в советской науке прочно связанной с его именем. Огромную популярность приобретают публичные выступления О.И. Скороходовой. Имя слепоглухой писательницы и научного сотрудника Института дефектологии становится широко известным, ей посвящаются многочисленные публикации в газетах и журналах, ее славу по праву разделяет и ее наставник И.А. Соколянский. Иван Афанасьевич наряду с неизменными похвалами в своей адрес и восхищением его трудом, получает, однако, и справедливые упреки в том, что ему удалось показать лишь результат работы, ее конец, но не ее начало. Действительно, подробных публикаций на эту тему, удовлетворяющих требованиям научно-экспериментального исследования, не было. Не сохранились относящиеся к харьковскому периоду работы И.А. Соколянского, скрупулезно зафиксированные им протоколы и другие материалы экспериментальной работы со слепоглухонемыми детьми в школе-клинике.

И.А. Соколянский многократно высказывал мысль о том, что он стремится доказать возможность своего метода более всего результатами труда, - что лучше всего, если О.И. Скороходова сама расскажет о себе, поделившись с читателями опытом самонаблюдения. Теперь же он все более склонялся к мысли провести новый эксперимент с той целью, чтобы еще раз испытать самому и продемонстрировать другим метод работы со слепоглухонемыми.

В 1955 году И.А. Соколянскому удалось взять для экспериментального обучения слепоглухонемого подростка Юлю Виноградову. Ее обучение проводилось в очень стесненных бытовых условиях, но, несмотря на это, обучение Ю. Виноградовой пошло настолько успешно, что И.А. Соколянский смог демонстрировать этого ребенка на заседании ученого совета Института, на философском факультете Московского государственного университета, на Всесоюзном совещании психологов. Весной 1955 года Юлю Виноградову видел всемирно известный психолог Жан Пиаже.

Вскоре появился и другой слепоглухой ребенок Сергей Сироткин, обучение которого проводилось под руководством И.А. Соколянского педагогами Р.А. Мареевой, а затем Г.В. Васиной. Вокруг И.А. Соколянского появились новые молодые исследователи и педагоги, стремившиеся к сотрудничеству с ним. Этот период оказался плодотворным для научной работы ученого.

И.А. Соколянский обобщает в развиваемой им теории обучения слепоглухонемых детей свои прежние наблюдения. Источников накопления профессионального опыта было несколько. Прежде всего это ранние наблюдения, сделанные в бытность студентом Психоневрологического института при посещении Петербургского учреждения для слепоглухонемых. Затем – собственная практика в школе-клинике для слепоглухонемых в Харькове. Некоторую роль сыграло также посещение им в то время старейшего учреждения для слепоглухонемых в Германии, в Потсдаме, где придавалось важнейшее значение жестовой речи как начальному специфическому средству общения слепоглухонемых. Далее важное место заняли наблюдения за отдельными слепоглухонемыми, проживавшими в семьях (в основном подросткового возраста и взрослые), и консультирование родственников этих слепоглухонемых по вопросам их воспитания и организации трудового обучения. Этим проблемам он посвящает две большие научные статьи, опубликованные уже после смерти И.А. Соколянского и подготовленные к изданию А.И. Мещеряковым (в 1962 г.): «Некоторые особенности слепоглухонемых детей до поступления их в школу-клинику» и «Подготовка слепоглухонемого подростка к производительному труду в условиях домашнего воспитания». Огромный исследовательский материал был получен при систематическом общении с О.И. Скороходовой – по ориентировке слепоглухонемого в окружающей среде, становлению личности и развитию самосознания, приобщению к литературному творчеству. Этот материал увидел свет в книгах, написанных О.И. Скороходовой. Однако случай поздней слепоглухоты (после 8 лет), каковой имел здесь место, не позволял в полной мере опереться на него для развития теории обучения детей с ранней или врожденной потерей зрения и слуха. Развернувшаяся экспериментальная работа с Ю. Виноградовой и затем и С. Сироткиным создали значительные возможности для реализации замысла И.А, Соколянского. Иван Афанасьевич создает научное описание общей схемы процесса обучения слепоглухонемых. Она изложена в статье «Усвоение слепоглухонемым ребенком грамматического строя словесной речи» и в статье «Обучение слепоглухонемых детей», увидевшей свет позднее, в 1962 г. теоретическим постулатом И.А. Соколянского явилось то, что слепоглухонемой ребенок обладает нормальным мозгом и имеет потенциальную возможность полноценного умственного развития. Собственными усилиями, как настаивал И.А. Соколянский, слепоглухонемой ребенок не достигает даже незначительного умственного развития, а без специального обучения остается на всю жизнь инвалидом. И.А. Соколянский выдвигает задачу создать у ребенка специфические средства общения и этими специально организованными средствами «сформировать все без исключения содержание человеческой жизни».

Все время специального обучения И.А. Соколянский разбивает на два периода. Первый, «дограмотный», как считал И.А. Соколянский, является исходным, «решающим и обуславливающим успешность всего последующего развития». На этом этапе происходит формирование и накопление образов конкретной действительности, непосредственно контактирующей с ребенком. Происходит усвоение в образно-действенной форме логики окружающей действительности. Второй период – это этап усвоения слепоглухонемым ребенком грамматического строя языка. И.А. Соколянский указывал, что на первых порах обучения грамматическому строю, его усвоение практически совпадает с усвоением логики словесного мышления. Исходным фактором в подходе к обучению слепоглухонемого ребенка системе словесного языка И.А. Соколянский считал жестовое общение. «Жест – это схематический (рисуночный) сигнал образа предмета, имеющегося в голове ребенка». Жестовые сигналы составляют «целостную мозаику, отображающую внешний мир в виде системы взаимосвязанных друг с другом, действующих друг на друга предметов». В связи конкретных образов окружающей действительности и соответствующей им системности жестов И.А. Соколянский видел важнейшее условие развития потребности в ознакомлении с окружающим миром и потребности в общении с людьми. Системный язык жестов, считал И.А. Соколянский, становится средством выражения образов прошлого опыта и основой «спонтанного» мышления слепоглухонемого ребенка. Жест, призванный быть аналогом слова, в практике общения заменяется дактильным словом. На первых порах дактильное слово не является побуквенным, это особый пальцевый знак, заменяющий жест. На этой базе в дальнейшем происходит овладение грамотой, письменной речью по системе Брайля (для слепых).

В обучении письменной речи, языку И.А. Соколянский предложил использовать разработанный им оригинальный метод, получивший название «системы параллельных текстов», согласно которой обучение строится на сопоставлении текстов-образцов, даваемых учителем, и «спонтанных» текстах слепоглухонемого, отражающих свое собственное содержание, но по словесно-грамматическому оформлению ориентированному на образцы.

И.А. Соколянский увлеченно работал над созданием специальных технических средств, среди которых телетактор – прибор, с помощью которого можно было общаться со слепоглухонемыми, «Читальная машина», за которую И.А. Соколянский был награжден Золотой медалью ВДНХ СССР в 1960 году, «Дактилятор» – прибор для одновременного контакта с любым количеством слепоглухих. «Мобильограф» - прибор для записи двигательных непроизвольных реакций у слеполухих детей, «Неоновый фотоскоп для глухих» (Брайлевский экран) и другие.

Экспериментальная работа с Ю. Виноградовой оказалась во многих отношениях поучительной, но далеко не все замыслы удалось осуществить. Например, не удалось подготовить из нее профессионального математика, однако в выполнении реальных, хотя и чрезвычайно трудных задач обучения языку, получения школьного образования и трудового обучения эксперимент дал интересные и значительные результаты. Экспериментальное обучение С.А. Сироткина было продолжено после кончины И.А. Соколянского, впоследствии С.А. Сироткин закончил Московский университет и связал свою судьбу с работой в области социально-психологической и трудовой реабилитации слепоглухонемых.

За три года до кончины, в 1957 г., произошло одно чрезвычайно важное для И.А. Соколянского событие. Пришла долгожданная реабилитация, с него были сняты все обвинения, и он был восстановлен в партии.

В конце 50-х годов И.А. Соколянский хлопочет о новой научной ставке в своей лаборатории для А.И. Мещерякова. К нему в аспирантуру поступает педагог Р.А. Мареева. Он вновь поднимает вопрос об организации специального учебного заведения для детей со сложными дефектами – учреждения, где можно было бы организовать индивидуальное обучение слепоглухих, слепых с сенсорной алалией и других.

Но всем этим надеждам не суждено было осуществиться при жизни И.А. Соколянского. Его не стало 27 ноября 1960 года.

Уже после смерти И.А. Соколянского, в 1963 году, благодаря настойчивым хлопотам А.И. Мещерякова и О.И. Скороходовой был открыт Загорский детский дом для слепоглухонемых детей, обеспечены стабильные организационные условия работы в экспериментальной группе слепоглухонемых детей Научно-исследовательского института дефектологии и в конце 70-х года начата экспериментальная работа с умственно отсталыми слепоглухонемыми детьми в Головеньковском доме-интернате (Тульская область) для слепых и слабовидящих.

В 1980 г. профессору И.А. Соколянскому совместно с доктором психологических наук А.И. Мещеряковым за научно-практические работы в области обучения и воспитания слепоглухонемых присваивается (посмертно) Государственная премия.

Именно И.А.Соколянским был впервые создан метод обучения слепоглухонемых как некая система научного знания, хотя и очень кратко, во многом тезисно. В письмах к своей коллеге, ленинградскому ученому, профессору А.В. Ярмоленко, разрабатывавшей вопросы психологического исследования слепоглухонемоты, И.А. Соколянский сообщал, что хочет создать специальную «дидактику», а не «педагогику», о которой он был невысокого мнения, и не «психологию» - эту роль он отводил А.В. Ярмоленко. Под «дидактикой» Иван Афанасьевич понимал свод незыблемых, точных, испытанных правил, действуя в соответствие с которыми, учитель мог бы обучать слепоглухонемых, закономерно достигая предвиденный им результат.

В постоянно развивающейся современной теории и практике обучения детей со сложными сенсорными нарушениями нашли продолжение и получили подтверждение многие из тех оригинальных и глубоких идей, к которым трудные дороги специальной педагогики привели И.А. Соколянского, крупного ученого-дефектолога, основателя советской тифлосурдопедагогики.

к.психол.н. Т.А. Басилова